yelena1234 (yelena1234) wrote,
yelena1234
yelena1234

Categories:
  • Mood:

Коко-Мехрдад и нарушенная самоизоляция

Вот и пришло время отрывка из "33 новелл любви" Тимура Зульфикарова. Помните? Коко-Мехрдад нарушила самоизоляцию, а уже была больна чумой. Точнее, это ОН нарушил ее самоизоляцию. Я читала этот текст в 10 лет на пляже. Взяла какой-то из маминых литературных журналов (дурная привычка читать все подряд, не разрешайте детям!) Мало что поняла в кудрявой трагической истории, но поняла: ВОТ ЭТО ЛЮБОВЬ! Красивый текст, он меня всю жизнь преследует) У нас все будет - слава богу, слава врачам - спокойно и по-бюргерски. Просто сидим пока, сидим себе и никуда не умираем

Текст взяла здесь




Сын мой, Касымджон, а теперь я расскажу тебе о любви, о жизни…

О Коко-Мехрдад и возлюбленном её…


О помоги Аллах сказать мне сии слова ибо история сия страшна свята…

О помоги Аллах…

О…

О Коко-Мехрдад…


Коко-Мехрдад! Коко-Мехрдад! Коко-Мехрдад!..

Твой голос — талая лепетливая родниковая сребристая вода…

Твоя душа — талая приречная начальная трава, а в ней уже тюльпаны талые стоят и их коровы талые едят…

Твое тело — талая снежная солнечная февральская поляна на несметной дозвездной донебесной горе блаженной Хан-Хабриза-Буса а на ней уже цветут плывут первые миндальные кусты дерева а их телята талые едят…

Коко-Мехрдад тебе тринадцать спелых лет а голова твоя неистово каракулевая кудрявая как нагорные калайдаштские арчовые леса.

Коко ты бежишь из своего заоблачного нагорного кишлака ХабризаБуса по талой горе Хан-Хабриза-Буса вешней за млековой коровой КураччаПочча…

Коко ты догоняешь корову тучную и ставишь серебряное памирское ведро гармское под сосцы её…

И течет течет течет молоко жемчужное от твоих камышовых задыхающихся беглых гибких перстов перстов перстов и от розовых несметных коровьих сосцов сосцов сосцов…

Коко а твои соски девьи сокровенные в кулябских атласах шелках тесных тронет кто?..

Коко гляди — уж ведро дымное сребристое полно пенится полнится клубится избыточное оно…

Коко я напился талого горного мяклого снега снега снега когда поднимался в высокий кишлак Хабриза-Буса твой а теперь дай мне молока из памирского серебряного ведра из серебристых перстов твоих Коко!..


…Путник в талых диких нетронутых горных девьих текущих снегах горы несметной Хан-Хабриза-Буса… вы кто?..


…Коко-Мехрдад кишлачная девочка дева дитя кизинка ты бежишь ты машешь руками-рукавами гранатовыми динаусских атласов в горных снежных облаках облаках облаках…

О!..

А!..


— Коко ты дева ты птица горных кочевых снежных облаков… Коко ты держишь в руках текучие облака-жемчуга… Коко ты витаешь в облаках как улар как снежный ирбис-барс-козопас.

А?.. Коко у тебя в носу сквозит лазоревая серьга как у древних согдианок а на босых щиколотках тугие серебряные браслеты горят… А?..

А Коко иль не знаешь что серьги и браслеты на теле жен проклял запретил Святой Пророк Мухаммад-Пайгамбар?..

Коко твой отец зороастриец парс огнепоклонник что не знает заветы знаки мусульман?..

Коко что глаза твои лазоревые согдийские боле серьги и браслетов горят кипят роятся молят?..


…Путник а лазоревые глаза согдийцев древлих тоже проклял запретил Пророк Мухаммад-Пайгамбар? А?..


И она улыбается и закрывает глаза глаза глаза, а тут густеет вечерних небес тьма-лазурь-глина-бирюза-синева синева синева…


А тут темнеет сизая снежная бездонная бредовая несметная занебесная одинокая гора Хан-Хабриза-Буса…

Гора клубилась парилась дымилась от талых дневных снегов дико одиноко в небе высилась…

Гора Хан-Хабриза-Буса мы уйдем а ты будешь стоять…


Но в Последние Времена погибнут и сгорят и человеки и горы.

И только будет сажа ненасытная непролазная по-над землей стоять витать и солнце звезды застилать.

Не дай Аллах!..


Гора Хан-Хабриза-Буса мы уйдем а ты будешь стоять…

Да…

Но!..

Но тут темнеет на вершине горы зыбкий кишлак Хабриза-Буса…

Кишлак мы уйдем а ты будешь стоять…

И я гляжу на тебя безвестный безвинный кишлак Хабриза-Буса!..

Кишлак а почему ты должен сгореть в огне Последней Войны?..

Аллах, а в чем вина этого вечереющего замерзающего в текучих беспредельных нагорных снегах кишлака?..

Ай, Аллах!.. А?..


А тут темнеет на снегу корова Курачча-Почча…

А только густолунно плещется колеблется свежерожденное дымное молоко в памирском серебряном ведре.


…Коко дай испить молока из чародейного ворожащего парного дымного ведра ведра…


Тогда она тихо срывает золотую согдийскую серьгу с лица и рвет разрывает нежную лакомую девичью ломкую ноздрю и кровь струится по её губам но она не знает не чует…


…Коко иль не знаешь что серьги и браслеты на теле жен проклял запретил огненный корейшит Пророк Вечная Пальма Песков МухаммадПайгамбар?..


…Путник знаю… Путник серьгу как вишню незрелую с ноздри спелой срываю снимаю…


…Коко кровь течет по твоим губам…

Коко зачем серьгу срываешь

Коко Пророк Горящих Песков Мухаммад-Пайгамбар тебя в ледовых снегах снегах снегах прощает

Коко кровь течет по твоим губам

Коко гляди — я беру кровавую серьгу и ей ноздрю свою алчно упоенно насквозь пробиваю прокалываю и в ноздре текучую серьгу гранатовую оставляю

Коко я улыбаюсь и моя кровь течет по моим губам, как и кровь твоя…

Коко я теперь тоже древний согдиец и Пророк меня прощает

Коко уж бархатная ледяная черноатласная ночь пришла

Коко уж стали алмазами осиянными от мороза бегучие текучие талые снега

Коко уж несметная жемчужная гора Хан-Хабриза-Буса застыла вся в ночи как пирамида снега снега бела бела бела

Коко гора была текучая а стала ледяная скользкая как корка дыни на базаре смертельная она…

Коко гляди — Аллах высыпал рассыпал на небесные неоглядные бархаты атласы бездонные россыпи алмазов и хрусталей из своего вселенского рукава…

Коко гляди — близкие звезды плеяды серьги из хрусталя — и их можно тронуть перстом а дальние плеяды из алмазов — и их не достать…

Коко я пил нагорные текучие талые снега но теперь они покрылись звездной переливчатой игольчатой сыпучей морозной коркой пеленой плевой

Коко а жажда алчба моя велика…

Коко дай мне дымного теплого молока из памирского серебряного ведра, а то в горле в гортани моей стынет в лед, как горный талый ручей, моя слюна…

Коко гляди как полыхают алмазы хрустали серьги плеяд…

Коко а чьи огни там у подножья несметной жемчужной ледяной горы Хан-Хабриза-Буса чьи огни тревожные ходят роятся горят? А?..

О Боже… что шепчет она?..

…Путник там санитарные кордоны…

Путник там санитарные дозоры…

Путник там санитарные заставы…

Там солдаты-сарбазы с гонными чуткими псами людоедами овчарками…

Путник как ты прошел по горе Хан-Хабриза-Буса к моему родному кишлаку Хабриза-Буса?..

Путник как солдаты не остановили не убили тебя?..

Как псы сторожевые не учуяли пенными волчьими охотничьими ноздрями не расхитили не порвали тебя волчьими гладными хладными зубами? а?..
Путник иль от мороза в их ноздрях застряла льдом пена слюна как хрустальная кандаринская слюда? А?..


…Коко а почему у подножья горы санитарные заставы стерегут стоят?..


…Путник ты не называешь свое имя…

Путник в нашем одиноком нагорном родном кишлаке Хабриза-Буса чума…

Потому внизу собачьи чуткие заставы дозоры стоят…

Путник теперь тебе нет пути назад…

Путник теперь твои следы на горе лежат дымят и выдают тебя…


…Коко а я не хочу идти назад!

Коко я увидел тебя и не хочу идти назад!..

Коко дай мне молока из памирского ведра!..

Путник а в корове Курачча-Почча чума…

Путник а в молоке чума…

Путник ты еще живой нетронутый не чумный! не пей молока…

Путник пока ночь темней шурабского угля и заставы спят — скользи беги струись по горе родной моей чумной обреченной беги беги беги назад!..

Айя! дай тебе Аллах миновать солдат и собак! дай Аллах чтоб тебя не взяла не объяла чума!..


…Коко-Мехрдад но в моей ноздре точит живет кровоточит твоя блаженная серьга!..

Коко-Мехрдад я пью кровь твоей серьги чумной милой дивной а теперь я хочу твоего молока! дай!


И я пью молоко из памирского серебряного ведра…

О…


…Коко сладко пенно молоко!

Коко я пью я люблю молоко!

Коко гляди какая алмазная ночь окрест горы Хан-Хабриза-Буса!

Коко гляди как кочует гуляет необъятная рассыпчатая раздольная падучая звезда!..

Коко гляди! она упадет падет забьется как блескучая колосистая дремучая игольчатая рыба в ведре дымного молока!

И будет биться виться остывать в молоке и будет сбивать молоко в сметану, а потом в масло!.. Айя!.. Ай сладка!..

Коко гляди как ручьи талые текли с горы а теперь от мороза стоят стоят стоят!..

Коко я люблю люблю люблю тебя…


…Путник гляди при падучих при звездах — у меня узлы сизые тугие желваки лимфы пенные хмельные на горле на теле…

Путник родной это моровая бубонная древляя лихорадка жар чума…

Путник завтра утром придет теплое февральское солнце и тысячи талых ручьев двинутся поползут поскачут с родной моей горы Хан-ХабризаБуса…

И станет моя родная гора Хан-Хабриза-Чума…

И в каждом талом буйном бегучем теле ручья будет скользить как рыба тайная чума…

Путник беги назад! Еще не поздно!

Путник безымянный… ака-брат!.. Беги назад!..

Путник ранним утром придут солдаты и собаки по твоим агатовым следам

Путник ранним утром пока не двинутся ручьи с горы они сожгут дотла мой родной кишлак Хабриза-Буса

Путник они обольют керосином наши кибитки дувалы деревья и наш скот и чумных нас и подожгут изведут мой кишлак очаг чумы дотла

Путник иначе не уйдет чума

Путник пусть мы заживо сгорим но с нами изойдет задохнется чума

Путник пусть чистые бесчумные ручьи утром пойдут по горе ХанХабриза-Буса!

Путник гляди — уж движутся огни от подножья горы сюда сюда сюда!..

Путник гляди — они грядут восходят сюда

Беги вспять!.. Еще не поздно!..

Ака-брат… беги ползи скользи назад!.. Ай!..


…Коко-Мехрдад дай мне тронуть губами моими тяжкие святые желваки сапфиры живые на горле твоем!


…Путник а такими сапфирами душными ярыми взято уязвлено осыпано все тело мое… О…


Аллах осыпал землю и небеса ночными звездами хрусталями а меня сапфирами бессонными живыми пульсирующими…


…Коко дай мне кровь губ твоих испить целовать!..

Коко не беги не рвись не струись не берегись от меня


Но она она она бежит утопая умирая задыхаясь тратясь в хрустких сыпучих снегах снегах снегах…

Но я догоняю её но я обнимаю её но я бережно держу её как птицу залетную дрожкую горлицу в руках в руках в руках…


…Коко я целую губы твои…

Коко я целую сапфиры лимфы реки вены напоенные твои…

Коко твоя ль узкая жаркая неутоленная рука гладит лелеет лицо мое на миг?..

Коко твоя ль рука гладит меня мя?..

Йи!.. Йиздигирт!..

Коко зачем тебе эти последние гранатовые динаусские волнистые атласы да потаенные сокровенные шаровары-изоры шелка в которых бьется вьется напоследок, как розовая косточка персиковая, тело вольное последнее твое?.. Как узкогорлая река Фан-Ягноб в душных скалах-брегах?..

Коко, а?..

Коко дай мне снять сорвать разбить атласы шелка?..

Коко гляди — наши жемчужные одеяла одеяла расстилаются последние снега снега снега, а завтра будет талая гремучая бегучая падучая вода.

Коко, а?..

Коко у нас родится сын…


…Путник за одну ночь не рождаются сыновья

Путник пусти пусти пусти меня

Путник я чума

Путник зачем? а?


…Коко ты любовь

Коко а любви боится бежит чума…


…Путник пусти меня…


И она рвется из спелых сумасшедших рук моих как каменная узкотелая извилистая стрелотелая змеетелая божественная куница…

И она вырывается из рук моих и бежит вверх по скользкой необъятной горе к своему кишлаку Хабриза-Буса…

И я бегу за ней вослед и чую как звереет темнеет дичает густеет окрест меня несметная снежная ледяная гора Хан-Хабриза-Буса…

Гора прости меня, гора похорони меня в непробудных дебрях недрах твоих…

Но я люблю навек насмерть Коко-Мехрдад!

Айя! помилуй мя Аллах несметный, рядом с которым — песчинка летучая падучая и жизнь моя и Коко-Мехрдад и гора Хан-Хабриза-Буса! И сама чума!..


И я бегу за Коко и вбегаю в ледовый мертвый застывший кишлак Хабриза-Буса.

Там застыли усопшие арыки дувалы кибитки дерева…

Там нет дымов над кибитками и танурами…

Там открыты все окна все двери все врата…

Айя! Ай гость путник входи! Тебя встретит щедрая хозяйка чума…

Там всех взяла удушила съела чума…

Там одна чума…

Айхххххххйя!..


…Коко ты одна в кишлаке еще бьёшься еще жива… Коко где ты спряталась где ты таишься? А?

Коко где кибитка твоя?..

Ай Аллах да зачем я?.. да зачем мне жизнь моя?..


И я бегу по мертвому кишлаку и заглядываю в каждую кибитку и там на одеялах-курпачах дико разметавшись раскидавшись как влюбленные в ночи любви удушенные укушенные чумой лежат лежат лежат…

Чума, смерть — ты похожа на любовную страсть…

И у смерти и у страсти судорога дрожь последняя одна… А?..

А, Аллах?

Но! но! но!


…Коко где ты? где кибитка твоя?

Коко я люблю тебя! я спасу тебя!

Коко огня любви боясь бежит чума!
А, Аллах?

Но! но! но!


…Коко где ты? где кибитка твоя?

Коко я люблю тебя! я спасу тебя!

Коко огня любви боясь бежит чума!

Коко — любовь единственный мортус-апостол целитель врач!

Коко! любовь — чумы палач!

Коко где кибитка твоя?


И тут я вижу следы на снегу и они ведут к окраинной кибитке…

И над кибиткой стоит китайский змеиный сухостойный высохший карагач, как исполинская небесная забытая метла.

И все кибитки распахнуты, ибо там мертвецы, а эта кибитка закрыта и дверь грушевая резная с письменами из Корана наглухо изнутри закрыта…

И я читаю письмена на двери: Аллаху Акбар Аллаху Акбар Акбар…


…Коко отвори! Коко я люблю тебя!


Но она молчит там и дверь недвижна глуха

А окно кибитки из толстого дымчатого самаркандского глухого беспробудного стекла


…Коко отвори!

Коко я люблю люблю тебя!

Коко я врач целитель на раны язвы сапфиры лимфы избыточные реки в наводненье твои твои твои!.. Айя!..


И тут я ноздрями чую дым и чад…

Тогда закрыв глаза рукавами бухарского чапана-халата, чтобы уберечь хрупкие глаза — хотя зачем мне теперь глаза? а Аллах? — я бросаюсь на стекло на окно и оно глухо трескается раздается и тысячами брызг осколков огненных течет и мне руки жалит рвет и сыплется искрами в лицо…

Зачем мне руки теперь и лицо а Аллах?..

О!..


И окрест темно а в кибитке светло.

Светильник-чарог керосиновый горит что ль?

Нет.

Светильник-чарог керосиновый лежит на земляном кишлачном дехканском полу…

Он пуст. Пуст он.


…Коко ты вылила из чарога керосин на себя Коко ты подожгла себя как зороастрийская согдийская посмертная жена Коко ты горишь как большая свеча как живой светильник-чарог, который зажигают на больших праздниках-туях, чтобы всем было светло

Коко какой праздник сейчас?.. И кому светло?..

Коко зачем ты зажгла себя?..


И я бросаюсь на неё в огонь её, но она бежит от меня…


…Коко пусть будет два чарога

Коко дай мне от твоего огня!.. Возлюбленная моя!..

Коко но зачем ты зажгла себя?..


Но она извиваясь как каменная куница бежит от меня из кибитки прочь чрез разбитое окно и я бегу за ней…


…Коко возлюбленная моя зачем зачем ты сожгла заживо себя?..


Поздно… И над её окраинной кибиткой стоит как исполинская небесная метла китайский высохший змеиный густой карагач карагач карагач

Айя!

Поздно…


…Коко! возлюбленная моя! живой блаженный текучий бегучий сноп огня!


Коко и ты бежишь восходишь течешь по чешуйчатому стволу карагача и нижние сохлые ветви сразу сходу занимаются схватываются огнём от тебя а потом и другие ветви долгожданно радостно горят а потом и ствол несметным пламенем облит облит объят взят…

Поздно…

И несметный в ночи пылает сухостойный ликующий Карагач-пожар…

Айя…


…Коко возлюбленная моя зачем ты зажгла себя?..


Тогда тихий голос из пожара сказал шепнул лизнул как язык огня:

— Возлюбленный мой я сожгла себя, чтобы чума со мной ушла…

Возлюбленный мой так сладко так блаженно мне гореть ведь я чума ведь я смерть навек ухожу от тебя тебя тебя…

Возлюбленный мой! Безвестный путник! но ты так и не сказал мне имени своего!..

Возлюбленный мой!.. прощай!.. я тороплюсь… и ты не успеешь тут сказать имя свое…

Но ты скажешь мне свое имя там там там там… там… в Вечных Садах где не бродит смерть чума… Ай!..

Аллаху Акбар!.. Аллаху Акбар… Аллаху Акбар…


Поздно…

…Коко-Мехрдад!..

Возлюбленная моя…

И…


…И Ходжа Зульфикар и сын его Касымджон-Стебель сидели у подножья несметной горы близ родника Чашма и пили воду его и ели горячие лепешки, опуская их в ледяной родник ледниковый…

И Ходжа Зульфикар сказал:

— Много есть на земле яств, но нет ничего лучше ледяного родника с горячей лепешкой.

И нет ничего слаще на земле любви между мужем и женой.

И жена — это родник лепетный, а муж — жаркая пышущая лепешка из

придорожной чайханы, из горящей печи-танура… да!..


Тогда Касымджон-Стебель сказал:

— Отец, вы рассказали о Коко-Мехрдад и возлюбленном ее…

Тогда Ходжа Зульфикар остановил его:

— И это было во дни Тирана Сталина, а тогда было много смертей неправедных. И это было во дни Тирана, а во дни такие Смерть — частая гостья и хозяйка великая…

Ибо Тиран — это и есть Смерть-хозяйка всевластная…

А где смерть — великая частая гостья и хозяйка, там и любовь великая гостья и хозяйка.

Как неразлучные близнецы они кочуют по земле Тирана, по временам его слепым.

А чреваты бездонны зыбки, как пустыня Кызылкум Времена Тирана!.. да!..

Ибо когда давят виноград — он рождает вольное веселое вино…

Ибо когда давят пригнетают истребляют изводят народ — он рождает великую вольную бессмертную любовь… да, Касымджон-Стебель сын мой!..


— Отец, ата, вы рассказали о Коко-Мехрдад и возлюбленном её… Но Коко-Мехрдад ушла не узнав имени его. Отец вы сокрыли имя возлюбленного её.

Отец кто он?..


Тогда Ходжа Зульфикар поднял голову и долго глядел на несметную гору у подножья которой они сидели на траве вешней у родника Чашма.

Гора была вся в густых арчовых кудрявых клубящихся непролазных лесах лесах лесах…

Гора кудрявая была как голова дальной Коко-Мехрдад…


…Коко иль голова твоя довременно утихшая кудрявая несметно рощами арчовыми взошла явилась проросла? а?..


И там в рощах клубящихся густых пела летала птица редкая — арчовый дубонос…


И Касымджон-Стебель сказал:

Отец вы знаете эту гору?

И Ходжа Зульфикар сказал:

Да. Это Хан-Хабриза-Буса… И мы пьем воду её ручьев и родников и она чистая.

И чисты её леса…

И её птица — арчовый дубонос — певуча и чиста…

И только черен печален пень обгорелого китайского карагача…

И только черен печален пень карагача…

А тогда сухостойный карагач пылал…

Сын тебе сказать имя возлюбленного Коко-Мехрдад?..

Того который не сгорел не взошел с ней а остался тлеть на земле…


— У вас рубиновый святой шрам рубец от той незабвенной согдийской серьги горит на ноздре… Я только сейчас увидел его отец… У вас другие шрамы ожоги рубцы сокрыты в белопенной бороде…

— Тебе сказать то имя, сын?..
— Не надо отец… Но как чиста и прекрасна и сладка вода в роднике… Я пью пью пью пью её отец отец отец отец отец…


…Коко зачем?..

Коко я скоро навек насмерть приду к тебе…


1975

Tags: #яостаюсьдома, Тимур, история, красота, любовь, чего только не бывает
Subscribe
promo yelena1234 february 6, 2018 17:47 9
Buy for 30 tokens
Стихи для чтения вслух - Елена Глушко - Ridero Письменный стол на краю пропасти - Елена Глушко - Ridero Внеочередные басни - Елена Глушко - Ridero Счастливо тебе, детка - Елена Глушко - Ridero
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments